– Вам не кажется, что по случаю такой хорошей погоды стоит убрать парусиновую крышу? – предложил Джек.

– Конечно, конечно, дорогой, – отозвалась мама. – Грех не воспользоваться такой прекрасной погодой.

Лесли и Джек совместными усилиями убрали крышу, все заняли свои места, и вот уже мы катим под звуки птичьего щебетания по зеленой, цветущей английской сельской местности. Каждая роща на волнистых Парбекских холмах выделялась четким рельефом на фоне голубого неба, где в высоте застыли неподвижно призрачные нити облаков. Воздух был напоен благоуханием, солнышко приятно грело, и наш автомобиль, жужжа, будто сонный шмель, плавно скользил среди ветвей живой изгороди, переваливал через зеленые холмы, коршуном нырял в долинки с кучками крытых соломой домов, которые явно нуждались в стрижке.

– Да-а, – задумчиво произнес Ларри. – Я совсем забыл, насколько английский ландшафт местами напоминает кукольные селения викторианской эпохи.

– Правда, красиво, дорогой? – сказала мама. – Я знала, что тебе понравится.

Только мы промчались через деревушку с белеными домами, чьи соломенные крыши напоминали огромные вздыбленные корочки пирога, как сидящий за баранкой Джек вдруг весь подобрался.

– Вот! – внезапно выпалил он. – Слышали! Легкий металлический стук, потом скрежет.

Мы притихли.

– Мне казалось, – обратился Ларри к маме, – в нашей семье и без того довольно душевных расстройств, зачем было еще добавлять помешательства, сочетаясь священными узами брака.

– Вот опять! Скрежет! Скрежет! Неужели вы не слышите? – вскричал Джек с фанатическим блеском в глазах.

– О, Господи! – с горечью произнесла Марго. – Почему мы не можем никуда выехать без того, чтобы на тебя не напало желание разобрать машину на части?